Турецкий министр по взаимоотношениям с ЕС Эгемен Багыш призвал Германию разрешить исторический спор между Францией и Турцией о «геноциде армян».

Как передает AZE.az, турецкий министр по взаимоотношениям с ЕС Эгемен Багыш для разрешения исторического спора между Францией и Турцией обратился за помощью к Германии. Об этом министр заявил в интервью немецкому изданию Welt.

Напомним, что Франция приняла закон об уголовной ответственности за отрицание геноцидов, в том числе – и «геноцида армян». Сейчас этот закон проверяет французский Конституционный суд на соответствие Конституции страны.

Для того, чтобы прояснить спорный исторический вопрос, Багыш обратился к немецким властям. По его словам, в немецких архивах должны быть сведения о событиях 1915 года, которые сейчас вызывают столько споров. Политик призвал Берлин открыть свои архивы для историков.

Багыш подчеркнул, что пока документы, которые он видел, доказывают, что в Османской империи не было целенаправленного истребления армян, а шла гражданская война. По его словам, жертвы были и со стороны турецкого населения, и со стороны армян.

Отметим, что в отношении самого министра ведется расследование в Швейцарии. На международном экономическом форуме в Давосе, а также на концерте в Цюрихе он неоднократно утверждал, что отрицает «геноцид армян». Подобные заявления в Швейцарии являются противозаконными.

/AZE.az/

Как передает AZE.az со ссылкой на армянские СМИ, армянская община Швейцарии в настоящее время не видит необходимости в том, чтобы делать какие-либо комментарии или заявления, так как швейцарская система правосудия уже занялась изучением заявления Багыша. В беседе с радиостанцией Азатутюн об этом заявил председатель Ассоциации Швейцария-Армения Саркис Шагинян.

Напомним, что Суд Цюриха постановил начать расследование в связи с заявлением госминистра Турции по делам ЕС Эгемена Багыша, в котором тот отрицал «геноцид армян» и добавил, что он не боится ареста за эти слова.

«Прокуратура уже достаточно умело проводит свою работу, и нет необходимости во вмешательстве какого-либо другого фактора, – в сказал Шагинян и добавил: – Вообще, швейцарская прокуратура очень серьезно воспринимает этот вопрос, поскольку уже дважды был вынесен приговор против тех, кто отрицал «геноцид армян».

По мнению Саркиса Шагиняна, заявление турецкого госминистра носит «провокационный характер, а не является просто ошибкой». Оно выражает государственную политику Турции и было сделано с четкой целью, заявил Шагинян.

«Свое заявление он сделал в форме вызова, заявив: «я бросаю вызов здешним властям, пусть придут и арестуют меня за сказанное мною»», – подчеркнул председатель Ассоциации Швейцария-Армения.

«Другими словами, с точки зрения Турции, если они смогут ослабить или даже нивелировать применение закона в Швейцарии, то это будет означать, что в не меньшей степени они смогут сделать это и во Франции. И это шахматная партия, которую они пытаются в данный момент вести, в первую очередь, в Швейцарии, чтобы нанести окончательный удар по Франции», – пояснил председатель ассоциации Швейцария-Армения.

По его мнению, эта «провокация» Эгемена Багиша должна завершиться довольно неприятным сюрпризом для него.

Газета Hurriyet Daily News сообщила, что накануне в МИД Турции был вызван посол Швейцарии в Анкаре Реймон Кунг. От швейцарского дипломата потребовали объяснений в связи с делом, возбужденным против Багыша, и заявили, что этот факт для официальной Анкары неприемлем.

/AZE.az/

Эгемен Багыш прокомментировал начавшееся в Цюрихе рассмотрение его заявлений по поводу «геноцида армян»: «Швейцарские инстанции узнают историческую правду».

Как передает AZE.az со ссылкой на TRT, министр Турции по связям с ЕС и глава делегации на переговорах с союзом Эгемен Багыш заявил в связи с началом предварительного расследования, проводимого в Цюрихе, следующее: «Таким образом, швейцарские инстанции узнают историческую правду».

Багыш также добавил: «Если будет нужно, мы вновь отправимся в Давос и вновь произнесем то же самое». С этими разъяснениями министр Багыш выступил в аэропорту им. Ататюрка (Стамбул) перед вылетом в Брюссель.

Министр заявил также, что подобные инициативы не получают признания Турции. Он обратился к странам, которые «осмеливаются подвергать анализу историю Турции»: «История Турции чиста по сравнению с историей тех стран, которые осмеливаются анализировать ее историю. Никто не может учить нас правам человека, свободе слова или упрекать за страдания, имевшие место в прошлом».

Напомним, ранее министр по делам ЕС и глава делегации Турции на переговорах с Евросоюзом выступил с резкими заявлениями в Швейцарии, которая ранее одобрила закон, схожий с тем, который недавно одобрил Сенат Франции.

Эгемен Багыш сказал следующее: «Я нахожусь в Швейцарии и заявляю: никакого «геноцида» не было! Я готов, кто желает, может прийти меня арестовать».

/AZE.az/

— Накануне стало известно, что более семидесяти сенаторов и парламентариев Франции подписали обращение в Конституционный совет, для того чтобы последний рассмотрел и отменил решение Сената и Национального собрания по криминализации отрицания «геноцида армян». Как вы считаете, каковым в итоге будет решение Совета?

— Действительно, в Конституционный совет Франции представлена жалоба на принятый французским Сенатом 23 января закон, который предусматривает уголовное наказание за публичное отрицание любых случаев геноцида, признанных во Франции. К ним относятся Холокост и признанный в январе 2001 года «геноцид» (отсюда и далее кавычки наши — авт.) армян в Османской империи в 1915—1917 годах. Теперь нарушителям грозят тюремное заключение на срок до одного года или штраф в размере 45 тысяч евро.

По мнению подписавших жалобу французских парламентариев, принятый закон противоречит 33-й статье Конституции Франции и принципу свободы слова, и поэтому они требуют признать его недействительным.

Каким будет решение Конституционного совета, сложно предсказать. Более вероятным мне кажется отрицательное решение по двум причинам. Первая — это объединение в законе двух геноцидов: в случае отмены закона это будет означать и изменение позиции Франции по Холокосту (что сложно представить). Вторая: дело имеет не только юридическое, но и политическое измерение. Если КС отменит решение Сената Франции — это самым неблагоприятным образом скажется на выборных перспективах Саркози. Но оппозиционным партиям и кандидатам придется проявлять осторожность в данном вопросе, так как их активность в критике принятого Сенатом закона об уголовном преследовании за отрицание «геноцида» армян приведет к единодушному голосованию армянской диаспоры за нынешнего Президента. В этих условиях активность французских депутатов, которые лоббируют интересы Турции, может ограничиться подачей жалобы.

— Как вообще вы можете оценить инициативу Саркози, передавшего на рассмотрение в Нижнюю палату парламента подобный закон? Как вы считаете, связана ли данная инициатива с грядущими выборами, или для Саркози важнее сделать все, чтобы не допустить Турцию в европейскую семью?

— Думаю, что Саркози учитывает расклад сил на предстоящих выборах, когда голоса армянской диаспоры могут оказаться решающими. По этой же причине армянский вопрос всегда поднимается в США в период президентских выборов. История же принятия Турции в европейскую семью настолько длинна, что тут впору вспомнить притчу о Ходже Насреддине, обещавшего султану научить осла говорить. От турецких коллег мне не раз приходилось слышать мнение, что Евросоюз распадется раньше, чем туда примут Турцию. Их скептицизм по поводу приема Турции в европейскую семью вполне оправдан, особенно на фоне тех проблем, которые сейчас переживает ЕС.

— Каковым, по-вашему, должен быть ответ Анкары на «французский» закон?

— У Турции есть два пути. Первый — дать жесткий ответ и ввести санкции по отношению ко всем странам, которые признают «геноцид» армян. Накануне столетия «геноцида» это создаст множество проблем для Турции.

Второй путь — вернуться к варианту «мягкого признания», когда Турция признает «геноцид» армян в Османской империи (а вовсе не в современной Турции, как думают многие!). В ответ Турция получает твердые гарантии, что к ней не будет выдвинуто материальных и территориальных претензий. Ведь главная проблема именно в этом, и нынешнее турецкое руководство стремится решить ее путем отрицания самого факта «геноцида».

Излишняя жесткость Анкары в данном вопросе может еще больше осложнить положение Турции на международной арене. Еще в недавнем прошлом позиция Анкары была куда более гибкой: она предпочитала «не замечать» признания «геноцида» армян различными государствами или не реагировать слишком бурно. Нынешняя подчеркнуто жесткая позиция занимается Анкарой последние 10 лет, и никаких положительных результатов она не принесла. Думаю, что было бы разумным вернуться к варианту «мягкого признания», по крайней мере, хотя бы начать обсуждение такого варианта.

— А как стоит реагировать официальному Баку? И стоит ли вообще реагировать?

— У Азербайджана куда меньше проблем на международной арене, чем у Турции. Во многом — это результат многовекторной политики, которая приносит весомые выгоды. Конфронтация с Францией и другими государствами ЕС по проблеме «геноцида» армян означала бы пересмотр этой политики. Вряд ли это отвечает национальным интересам Азербайджана.

— «Французский» закон в любом случае отразился на и без того сложных отношениях Анкары и Еревана. Как вы считаете, с учетом сложившейся ситуации и желания Баку решить конфликт вероятность военного решения возрастает?

— Данный вопрос никак не изменит имеющийся баланс сил и интересов на Южном Кавказе и в зоне карабахского конфликта. Пока он сохраняется — военное решение может обсуждаться лишь в теоретическом плане. Не могу представить, чтобы под влиянием проблемы «геноцида» руководство Турции пересмотрело свое отрицательное отношение к военно-силовому решению карабахской проблемы, или чтобы нынешнее руководство Азербайджана, а уж, тем более, Армении, стало инициатором возобновления военных действий. Но в случае широкомасштабной дестабилизации обстановки в регионе (например, в случае удара США по Ирану) новая война в Карабахе может стать реальностью, причем даже помимо воли правительств тех или иных государств.

— В настоящий момент армяне РФ, в частности, некий Союз армян России, собирают подписи для того, чтобы инициировать рассмотрение подобного закона Государственной Думой. Как вы считаете, удастся ли российским армянам добиться своей цели и пойдет ли Россия по пути Франции?

— Еще 14 апреля 1995 года Государственная Дума Российской Федерации единогласно приняла заявление об осуждении «геноцида» армянского народа в 1915—1922 гг. Этот закон не оказал негативного влияния на наши отношения с Турцией, которая, повторим еще раз, в прошлом занимала по этому вопросу куда более взвешенную и умеренную позицию.

Не думаю, что Россия, подобно Франции, введет закон о наказании за отрицание «геноцида». В среде наших законодателей господствует мнение, что позиция России по «геноциду» армян была выражена с предельной ясностью еще 14 апреля 1995 г., и этого вполне достаточно.

/1news.az/

До сих пор против признания «геноцида армян» публично выступали лишь соратники Агвидора Либермана по партии «Наш дом Израиль» (НДИ) – замминистра иностранных дел Дани Аялон и председатель фракции Роберт Илатов.

Однако в интервью телеканалу RTVi глава МИД Авигдор Либерман заявил, что Израиль со дня основания не соглашался на применение термина Холокост по отношению ни к одной другой войне или другой трагедии.

«Мы считаем, что то, что прошёл еврейский народ во время Второй мировой войны несравнимо ни с чем. Попытки методом терминологии превратить другие конфликты и зверские убийства – в Африке, Азии, на Балканах – в очередной Холокост мы не принимаем», – отметил Либерман.

«Мы выступаем за то, чтобы все факты, все печальные страницы истории были представлены такими, какими они являются. Ни одна другая страна, кроме Франции, законодательно не признала «геноцида армян», – добавил глава дипломатического ведомства. – Мы не собираемся вмешиваться. Сегодня это из исторического события превратилось в политический спор. Поэтому я не думаю, что Израилю нужно сейчас вмешиваться в эту проблему».

До сих пор Либерман не только не высказывался публично по данной тематике, но в сентябре прошлого года могло даже показаться, будто он намерен способствовать международному признанию «геноцида армян». Тогда газета «Едиот Ахронот» сообщила, что на фоне антиизраильской политики премьер-министра Турции Реджепа Эрдогана глава внешнеполитического ведомства решил подготовить комплекс ответных мер. Среди возможных действий в первую очередь отмечалось «сотрудничество с армянами». Однако уже на следующий день в интервью Второму и Десятому каналам ИТВ Либерман заявил, что эта публикация не соответствует действительности, передает портал IzRus.

Еще в мае 2011 года замминистра иностранных дел Аялон заявил порталу IzRus: «Нет ни единого шанса на то, что Кнессет признает армянский «геноцид». Это – невозможно. Мы не можем позволить себе из-за спорных вопросов истории, касающихся событий столетней давности, портить отношения со своим главным стратегическим партнером в мусульманском мире – Азербайджаном».

А четыре месяца спустя он же отметил в интервью агентству Медиамакс: «Массовые убийства армян в период Первой Мировой Войны – самый чувствительный вопрос, и как люди, которые также страдали от преследований и убийств, мы также чувствительны к этому. Тем не менее, с тех пор, как этот вопрос, к большому сожалению, перешел в политическую плоскость, необходимо действовать с большой осторожностью. Израиль никогда не отрицал армянскую трагедию, но мы не желаем становиться стороной конфронтации между Турцией и Арменией в этом важном вопросе».

/AZE.az/

“Если исторически и научным образом будет доказано, что депортация армян из Анатолии в 1915 году являлась “геноцидом”, то Турция извинится за это”. Об этом заявил государственный министр Турции по вопросам ЕС Эгемен Багиш в интервью телеканалу Al Jazeera.

По его словам, для того, чтобы доказать, являются ли события “геноцидом” или нет, в первую очередь, необходимо провести их объективное исследование. Э.Багиш отметил, что если армянское правительство отказывается открыть свои исторические архивы, то ему не хватает смелости сталкиваться лицом к лицу со своей собственной историей. Госминистр напомнил об отказе армянского правительства на предложение турецкой стороны создать совместную комиссию из историков для обсуждения архивных документов обеих сторон по событиям 1915 года: “К сожалению, у армянского правительства не хватает храбрости принять это предложение”.

/АНС/

Об этом сказал Day.Az израильский эксперт Авигдор Эскин, комментируя принятие во Франции закона относительно криминализации отрицания “геноцида армян”.

Однако, подчеркнул он, в данном случае речь идет не о признании факта массовой гибели армянского населения, а о признании армянской версии тех трагических событий.

“Многие историки справедливо сомневаются в обоснованности термина “геноцид” применительно к той ситуации, когда в Турции армянами был поднят бунт во время войны, а власти в ответ объявили об их депортации”, – сказал наш собеседник.

Эскин также напомнил, что в Израиле знают о широкой юдофобской пропаганде со стороны армянских националистов. “Она включает в себя чудовищное обвинение в том, что именно евреи и сионисты стояли за трагедией 1915 года. Неужели вы думаете, что Кнессет может принять такое? У нас есть депутаты, работающие на армянское лобби, как, например, Зеэв Элькин. Но большинство парламентариев независимы в этом вопросе. Поэтому, можно с уверенностью говорить о том, что пример Франции для Израиля не окажется заразительным”, – заключил израильский политолог.

/day.az/

- Как вы считаете, каким в итоге будет решение Конституционного суда Франции по закону о криминализации отрицания так называемого «геноцида» армян?

- Прежде всего хочу напомнить, что Сенат, как любой другой выборный орган, состоит из политиков. Общеизвестно, что политики при принятии тех или иных решений руководствуются политической целесообразностью, диктуемой политической конъюнктурой. Инициатором злосчастного законопроекта выступил президент Франции Саркози, которого поддержали французские правые, активно голосовавшие за его принятие, и часть левых. В свою очередь Саркози – это известный своими популистскими действиями политик: а) никогда не скрывавший своего негативного отношения к Турции и б) еще больше не скрывающий своих политических амбиций. Усиление авторитета Турции после известных событий в арабском мире и надвигающиеся как грозовые тучи президентские выборы на фоне падения авторитета Саркози сделали свое черное дело. Сыграв на туркофобии и исламофобии и продемонстрировав завидную настойчивость, и все, чтобы заручиться поддержкой пресловутого армянского лобби, Саркози добился принятия законопроекта, за который проголосовали немногим больше трети всех депутатов.

Но дело в том, что любые законы должны соответствовать Конституции, т.е. основному закону. В демократических государствах, таких как Франция, не члены парламента, а члены Конституционного совета определяют соответствие того или иного закона основному закону страны. Во Франции членами совета являются 11 авторитетных людей. Среди них два бывших президента Франции Валери Жискар д’Эстен и Жак Ширак. И надо сказать, что целый ряд этих людей невозможно отнести к симпатизирующим Саркози. Хотя, например, председатель Конституционного совета Жан-Луи Дебре и Жак Ширак принадлежат к одному и тому же политическому лагерю, что и сам Саркози, но еще будучи активными политиками его кандидатуру на пост президента Франции не поддерживали. Можно надеяться, что данное обстоятельство сыграет свою роль в принятии решения.

Но главное, конечно же, не в этом. Данный закон является абсолютно конъюнктурным, не имеющим ничего общего с такими понятиями как свобода слова, свобода выражения мнений, принципами, принятыми в демократических обществах. Принципами, провозглашенными французской революцией 1789 года и прописанными в Конституции Пятой республики. Очень хочу надеяться, что здравый смысл возобладает и решение будет таким, каким оно и должно быть – соответствующим Конституции, а не интересам очередного президента.

- Связана ли данная инициатива Саркози с грядущими выборами, или для Саркози важнее сделать все, чтобы не допустить Турцию в ЕС?

– Отвечая на этот вопрос, я бы воздержался от эмоциональных оценок и придания всей этой ситуации той доли пафоса, которая имеет место при ее обсуждении. Я думаю, что с Саркози и его фобиями все понятно. Гораздо более сложно понять то, почему законодательный орган страны, имеющей столько текущих проблем, причем проблем все возрастающих, выносит на обсуждение вопрос, не имеющий для Франции никакого практического значения.

Судите сами, буквально накануне принятия закона рейтинговое агентство Standard & Poor’s снизило рейтинг страны на одну степень с негативным прогнозом. Пару дней назад сама Франция снизила прогноз по росту ВВП в текущем году с 1% до 0,5%. На этом фоне эксперты все чаще говорят о том, что если проблемы Парижа будут возрастать, то ему неоткуда ждать помощи. Ведь государственный долг Германии в последнее время достиг 60% ВВП. И если у Берлина средства на спасение южноевропейских аутсайдеров еще есть, то на спасение Франции денег попросту не хватит.

А что же Франция? А Франция занимается созданием еще одной проблемы на свою голову. Для французских экспортеров Турция – пятый по значимости рынок сбыта. В прошлом году торговый оборот между странами составит 12 млрд. евро. Объем прямых инвестиций Франции в Турцию с 2002 по 2010 год составил, по информации турецкого посольства в Париже, 3,7 млрд. евро. Если Турция начнет свертывать экономическое сотрудничество с Францией, последней в обозримом будущем трудно будет найти вторую такую страну в регионе, которая могла бы стать равным по значимости торгово-экономическим партнером. Ни погрязший в решении своих проблем Египет, ни тем более Иран, ни даже Саудовская Аравия не могут заменить Франции Турцию.

А вот Турция, как оказалось, может без труда найти себе союзника по Евроинтеграции. Давний, можно сказать, вечный соперник Парижа Лондон обострение французско-турецких отношений воспринял как сигнал для улучшения своих контактов с Анкарой. В ходе выступления на зимней сессии ПАСЕ 25 января Дэвид Кэмерон прямо заявил, что Турция должна стать членом Европейского союза. Расчет Кэмерона прост – стремительно набирающая авторитет в своем регионе Турция может стать надежным партнером Соединенного Королевства в целом ряде направлений. А Лондон на этом может немало заработать. Это насчет эффективности мер по недопущению Турции в Евросоюз.

- Как, по-вашему, Анкара сегодня должна реагировать на «французский» закон?

– Мне сложно говорить о том, каким должен быть ответ Анкары. Но я бы хотел отметить, что Саркози оказал настоящую медвежью услугу Армении. Армении не за что благодарить французский Сенат. Стране, которая своей политикой загнала себя в геополитическую мышеловку, не за что благодарить страну, которая помогла захлопнуть ее дверь. Армяно-турецкие, более того, армяно-азербайджанские отношения, которые и без того считались неразрешимыми, после принятия этого закона стали еще более бесперспективными. А границы, которые и без того были на замке, теперь стали границами на замке с окончательно и безвозвратно потерянным ключом.

Что касается турецко-французских отношений, то Анкара вправе предпринять любые действия в отношении Франции, которая не только проигнорировала интересы и позицию Анкары, но и поставила их на своей территории вне закона.

- А как стоит реагировать официальному Баку? И стоит ли вообще реагировать? Надо ли поднимать вопрос о выводе Франции из числа сопредов МГ ОБСЕ?

- Реакцию Баку я считаю вполне уместной. Реагировать надо. И причем делать это надо незамедлительно. Политическая оценка таким действиям должна быть дана четко и недвусмысленно. Но вот с экономическими санкциями и полным свертыванием отношений с Парижем говорить пока преждевременно. К примеру, всем известно, что Азербайджан в октябре текущего года собирается запустить свой первый телекоммуникационный спутник (Azerspace-1) с французского космодрома Куру в Новой Гвиане. Спутник на орбиту выведет французская ракета Arian. Как нам свернуть этот дорогостоящий проект, причем на финальной стадии его осуществления? В мае 2009 года Милли Меджлис Азербайджана ратифицировал контракт типа PSA на разведку и разработку блока «Абшерон», между SOCAR и Total. Контракт, согласно нашему законодательству, имеет силу закона. Более того, в сентябре прошлого года именно специалисты Total принимали участие в открытии нового гигантского газового месторождения в блоке «Абшерон», имеющего принципиальное значение для нашей страны. Как быть с этим? Денонсировать контракт?

А вот что касается Минской группы, то Франция сама своими действиями может подвергнуть сомнению свое «беспристрастное» участие в трио сопредседателей. Если закон о криминализации «геноцида» армян будет утвержден, то деятельность Франции в МГ ОБСЕ может и вероятнее всего должно подвергнуться сомнению. В противном случае МГ ОБСЕ на деле перестанет быть даже формальным посредником в переговорном процессе.

- На фоне последних событий вокруг «французского» закона в Азербайджане, как мне кажется, меньше следят за событиями вокруг Ирана. Как можете их оценить с учетом того, что Тегеран заявляет о все большем количестве мер в ответ на эмбарго на импорт иранской нефти со стороны Евросоюза, в то время как Штаты стягивают свои авианосцы к берегам Ирана?

– В ситуации вокруг Ирана происходит в общем то, что и должно происходить. Иран в свойственной ему манере реагирует на все более жесткие санкции против него. А США предпринимают действия по нейтрализации ответных действий Ирана. Проблема заключается в том, что война в Иране или с Ираном, как хотите, не выгодна ни одному из его соседей. По крайней мере, тем, кто имеет с Исламской Республикой общую границу – определенно. Не выгодна эта война и ведущим азиатским экономикам, которых Иран снабжает нефтью, и, которые от этой нефти отказываться не торопятся. Китай, Индия, Япония, Южная Корея, Турция дали понять, что будут покупать иранскую нефть как и прежде. Причем Китай и Индия заявили, что не против увеличения объемов закупок. Так что на создание широкой антииранской коалиции Западу надеяться не приходится. Сегодня можно прямо сказать, что план по полной изоляции Ирана не сработал.

- Какую позицию сейчас стоит занять Баку?

- Еще во время своего первого официального визита в США в апреле 2006 года Президент Ильхам Алиев заявил, что Азербайджан не даст возможности использовать свою территорию против Ирана.

А в декабре прошлого года заведующий общественно-политическим отделом Администрации Президента Азербайджана Али Гасанов подтвердил эту позицию, заявив, что в случае возможного вмешательства в Иран Азербайджан не позволит использовать свою территорию в качестве военной базы.

Дело в том, что Тегеран и Баку подписали между собой соглашение, согласно которому страны не должны действовать против интересов друг друга. Эта позиция Баку общеизвестна, и, насколько мне известно, к ней с пониманием относятся и в Вашингтоне.

- После того как Евросоюз принял решение относительно эмбарго на импорт иранской нефти, цены на нефть, естественно, возросли. Выходит, что, с одной стороны, антииранская кампания выгодна Азербайджану – экспортеру нефти, с другой, риски оказаться так или иначе втянутыми в конфликт, в случае если кампания перейдет в военную фазу, слишком высоки. Что вы думаете по этому поводу?

- Про цены на нефть можно сказать определенно, что они не только привязаны к механизмам спроса и предложения. На нефтяные цены во многом влияет и спекулятивное поведение хедж-фондов, инвестиционных банков, и других участников биржевых сделок. Обратите внимание, что мировые рынки вяло реагируют в эти дни на перспективу введения с лета нынешнего года Евросоюзом эмбарго на импорт нефти из Ирана.

Так, цены на «черное золото», напротив, сохраняли в последние семь торговых сессий тенденцию к падению. Есть ведь еще Саудовская Аравия и Кувейт, которые могут заменить Иран на европейском рынке. А к чему это может привести? Иран для повышения привлекательности своей нефти может прибегнуть к ценовому демпингу и мировые цены на нефть вообще могут упасть. Это к вопросу о возможных выгодах.

Что же касается военной фазы, то любая война вблизи наших границ – это очевидные риски. Военно-политическая нестабильность в нашем регионе непосредственно отразится на инвестиционной привлекательности Азербайджана, может негативно отразиться на реализации совместных или многосторонних проектов (вспомнить хотя бы проект Север-Юг), может повлечь за собой приток беженцев из Ирана, что отразится на общественной ситуации в стране.

- Как можете оценить нынешнюю позицию армянского руководства по карабахскому урегулированию? Отмечу, в частности, что после последней трехсторонней встречи президентов России. Азербайджана и Армении в Сочи военнослужащий Азербайджана Мамедбагир Ахундзаде был взят в плен.

- Как до, так и после сочинской встречи я особого оптимизма по поводу нынешнего этапа переговорного процесса не испытывал и не испытываю. Риторика и действия армянского руководства не позволяют говорить о каких-либо качественных изменениях в армянской политике, способных вывести переговорный процесс из того сложного положения, в котором он оказался. Тот факт, что военнослужащий азербайджанской армии Мамедбагир Ахундзаде был взят в плен, отнюдь не свидетельствует о том, что Ереван нацелен на конструктивный диалог.

/1news.az/

Глава офиса «Ай дата» и по политическим вопросам АРФ «Дашнакцутюн» Киро Маноян в беседе с журналистами заявил о том, что каким бы ни было решение Конституционного совета Франции, в особенности, если оно будет отрицательным для армян, им не следует «разочаровываться» и «надо продолжать борьбу».

По его словам, если же законопроект будет признан соответствующим Конституции и получит силу закона, армянам необходимо, основываясь на этом достижение, продолжить во всем Евросоюзе добиваться принятия подобных законов.

Представитель АРФД напомнил, что Конституционный совет может принять одно из трех возможных решений – либо соответствует Конституции, либо частично не соответствует, либо полностью не соответствует. Во втором случае законопроект автоматически возвращается в Национальное Собрание. В третьем же случае президент Саркози накануне заявил о своем намерении представить новый законопроект в случае отклонения этого.

«Все эти три возможности имеют равные шансы на реализацию», – подчеркнул Киро Маноян, добавив, что Конституционный совет это правовой орган, и приходится говорить о возможности переговоров с ним или уговоров. «Важно чтобы были предприняты правильные шаги. Сегодня президент Саркози встречается с представителями армянской общины. Предполагаю, что в числе обсуждаемых вопросов будут возможные дальнейшие шаги», – цитируют Новости Армении представителя АРФД.

/AZE.az/

Французские сенаторы заблокировали законопроект о криминализации отрицания “геноцида армян”.

Международная правозащитная организация “Репортеры без границ” выступила против законопроекта о криминализации отрицания пресловутого “геноцида армян”.

Генеральный секретарь организации Жан-Франсуа Жильяр призвал французских парламентариев представить принятый Сенатом Франции законопроект о криминализации отрицания геноцидов на рассмотрение Конституционного суда.

Текст заявления генсека “Репортеры без границ” размещен на официальном сайте организации. По признанию Жан-Франсуа Жильяра, законопроект вызвал широкие дебаты и есть основания сомневаться в его конституционности.

Он подчеркнул, что законопроект идет вразрез с демократическими ценностями, такими как свобода слова и свобода выражения.

Напомним, что 23 января Сенат Франции принял законопроект, предусматривающий криминализацию отрицания “геноцида армян”. За принятие закона проголосовали 127 сенаторов, против – 86.

Однако группа французских сенаторов оспорила закон об уголовном преследовании за отрицание “геноцида армян”, 31 января сенаторы попросили Конституционный совет Франции проверить этот закон на соответствие конституции, тем самым фактически приостановив его действие.

Сенаторы собрали 76 подписей, то есть больше положенных 60, в пользу проверки закона. По закону Конституционный совет должен рассмотреть вопрос в течение одного месяца, однако по особому распоряжению правительства этот срок может быть сокращен до восьми дней.

/AZE.az/